February 24th, 2012

avatarLJ

В продолжение сказанного

Так я насчет подстаканников фильма Калатозова. Что они там с Урусевским творят в плане сложности съемок, не снилось даже, не знаю ... даже Куарону с Любецки. У тех-то съемка сплошь по-над землей (пусть, с танками и взрывами), плюс капиталистические бюджеты и цифровая мощь XXI века. А у авторов "Кубы" на дворе шестьдесят четвертый, за спиной указующий партактив, и всё исключительно на кранах и на веревочках. Оператор, конечно, частенько свой любимый прием повторяет, знакомый еще по "Летят журавли" (камера долго путается у людей под ногами, а потом — раз, и взмывает в высоту метров на десять — без всяких монтажных переходов). Но там есть как минимум один длинный план, от которого челюсть отвисает — в сцене похорон студента-активиста, когда людская река с гробом течёт по узким улочкам меж трехэтажных домов, в окнах и на балконах которых — сотни сочувствующих. Камера среди людей внизу, затем примыкает к стене дома и ползет вверх, давая вертикальную панораму. На высоте третьего этажа пересекает улицу, проникая через в окно в здание напротив. Здесь сигарный цех, сотрудники бросают работу, достают из под полы флаг и вывешивают его с другого окна, камера — за ними, ползет по проходу меж столов, вылетает (!!) из этого окна и летит дальше над процессией. Головокружение.
Конечно, можно разглядеть (если так уж сильно хочется) и тросы, протянутые через улицу, и что весь план всего на две с половиной минуты, но ощущение высокого кинематографического безумия не покидает даже при пересмотре с позиции самоуверенного всезнайки. Да и положа руку на сердце, фильмы тех времен вряд ли рассчитаны на разглядывание под лупой сетевыми кадроедами. Тем более, что главное в данном конкретном случае — масштаб, простор кинематографической мысли. Кино поистине необъятного размера.
Боюсь, это не последний мой пост про фильм "Я — Куба".