miant (miant) wrote,
miant
miant

Categories:

От дзен-упоминаний в ленте пока-покачивает. От автоссылок на враждебный ресурс уже скрипит потертое седло.

А ты, Фрэнк, говоришь — категории. Не до категорий тут. Извини, но бан, дальше мы сами.

С другой стороны, катать пост на пару абзацев раз в две недели, как это делают некоторые (свет мой, зеркальце, не смотри так) — тоже не выход. Выход — строчить много, часто, плодить контент, обслуживать инфоповоды, умножать энтропию микрочтива. Вносить посильную контрибуцию в увеличение срока до-жж-ития любимой и единственной дневниковой платформы, про смерть которой мы не перестаем слышать со дня ро-жж-дения. Я как пришел в 2010 — так и слышу постоянно. Еще медведь говорил, что это «ж-ж» неспроста, не верить ему оснований не вижу.

Но как? Днями — работа, вечерами — кино. Выходные — заслуженное безделье. Новые мемы в интернете тоже сами себя не посмотрят. Времени на блог не остается совершенно. Как, Холмс?

Заставлять. Принуждать. Производить насилие над близким телом с целью повышения показателей читаемости. Да даже не читаемости, дело в другом.

Давно уже заметил, что написание постов приносит отложенное, но самостоятельное удовольствие — несмотря на все-таки присутствующий поначалу порог вхождения. Кружа вокруг стола, нахмуриваешься о чем писать. Изобретаешь повод, нудно высасываешь из пальца, перебирая отсмотренными за неделю кино-харчами. Но стоит сесть и придвинуть к себе подругу Клавдию, осмотреть ряды её букв, мягко нажать шифт, чтя вековую традицию заглавных начал. Напечатать слово. Быстро втулить пробел, закошмарить первое предложение и веско поставить точку. Все, дальше рванет. Осилишь строфу, посыпятся рифмы, мысль знакомо разбежится вдребезги, успевай догонять. Догнать, как правило, не получается, но законные пара абзацев к тому моменту уже готовы. Глядишь — и пост. Срочно в номер. Так что, всё врут, Александр Васильич, до первой звезды можно.

Но преамбула без тезиса — деньги на ветер.

Работник месяца по версии меня — режиссер Арно Деплешен. Это тот самый Новый Хороший француз, о необходимости которого так много и часто говорилось на заседаниях ООН. Я залпом осилил половину его фильмографии, на очереди ещё как минимум три звездочки. Четыре звездочки. Но лучше всего, конечно, пять звездочек. Тем более, что одна из них буквально на днях выходит в отнюдь не сталелитейный прокат.

Умен, красив, твердили дамы, мужчины морщились — поэт

Сеть его произведений напоминает семейный междусобойчик: из фильма в фильм кочуют актеры, персонажи, родственные связи. Что-то он удосуживается менять, на что-то просто забивает, и, например, герой Матье Амальрика у него в одном фильме носит гордое имя Исмаэль, в другом, спустя десять лет — тоже, а в третьем — уже нет, но женат он по-прежнему на Эммануэль Дево. И-по прежнему в напряженных отношениях с головой. И где-нибудь рядом по-прежнему возникают Кьяра Мастроянни в роли то ли подруги, то ли тетки, из соседней двери выходит Марианн Деникур, милая, милая. Рядом с за столиком Эммануэль Салинжер (с возрастом на кэпэшной фотке все больше напоминающий Жака Тати), а на кухне в докторском халате орудует Катрин Денев. В «Призраках Исмаэля» режиссер смелеет настолько, что приглашает до кучи Марион Котийяр, разоблачив её, к тому же, до полной фул-фронтальности, чтоб уже наверняка. Французы. Очаровательно. Лишь в «Джимми Пикарде» автор ступает на бордюр, затребовав из-за океана Бенисио Дель Торо — я фильм еще не видел, очень интересно, как актер встроится в деплешеновский лад.

Когда б он был глупей немного (Его ль, однако, в том вина?)

Пространность его картин (средний хронометраж явно выше двух часов), это подозрительное отсутствие краткости, по-сестрински сожительствует с талантом. Фильмы трудолюбиво многословны и в разговорах испещрены манхэттенско-эннихольскими тенями. Постановщик не гнушается тяжелой, подчас изрядно напрягающей недосказанностью, но без мэметовской детективности (кроме разве что дебютного «Часового», решенного в манере скорее полит. триллера). Играясь со шкалами времени и пространства, сводя и разнося людей, события, места, он остается по-человечески привлекательным в первую очередь своими героями (в жизни не мог представить, что во все глаза можно смотреть на Амальрика, давясь слезами умиления) — несовершенными, плачущими, блуждающими.

Это вот то самое, что лично мне ложится на душу, что называется, заподлицо. При том, что большинство из увиденного просто скромно хорошее (моя оценочная скупость неловко дерзит из-под стола). Лучшими пока числятся «Короли и королева» 2004 года — мужественная и довольно захватывающая история, где на одну Эммануэль Дево (королева) приходится семеро мужей (королей), мертвый отец, наркоманка сестра и малолетний сын. Фильм месяца, а то и года.

Так хочется, чтоб это продолжалось. Так хочется делать открытия каждый раз, записывая новое имя — влюбляться в манеру, форму и реквизиты. Жаль, чаще не получается. Но упорно клюешь на каждого очередного новичка, покупаясь на могучие рекламные доводы, вдыхаешь вступительные титры в надежде дополучения эмоциональных прибытков.

И царство (царством не владея)

Он обещал ей. И ему

Она поверила, бледнея...

Tags: Французы
Subscribe

  • (no subject)

    Сходил на "Гнев человеческий" (хотя надо было на "Чункингский экспресс"). Почти девять месяцев не был в кино — поздний срок, ещё чуть-чуть бы и……

  • 1917

    Чудо-лингвисту, который первым запустил идею произносить это по-русски как «девятнадцать-семнадцать», надо бы выписать волшебный пендель…

  • Last Christmas (2019)

    “ ...оскорбителен для всех, до кого он дотягивается своим радиоактивным теплом” Уж что хуже всего — так это новые штаны. А бывает…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments